Сегодня: 23.03.2017
Видеогалерея
Фотоогалерея

«ИСТОРИИ ТАТАР С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН В 7 ТОМАХ»

25.07.2015 в 16:20 | История
Автор: cingiz dadashov
ВЫШЛО В СВЕТ ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ «ИСТОРИИ ТАТАР С ДРЕВНЕЙШИХ ВРЕМЕН В 7 ТОМАХ»

Институт истории им. Марджани АН РТ завершил издание «Истории татар с древнейших времен в 7 томах». Это итог 15-летней работы коллектива, собравшего под одной крышей более 200 ученых из многих стран мира, которые написали более 400 статей. По мнению вице-президента АН РТ Рафаэля Хакимова, в результате получилась не этническая история, несмотря на название многотомника, а широкая панорама событий на евразийском пространстве.

 Рафаэль Хакимов

ПРЕОДОЛЕНИЕ ИСТОРИИ — ЭТО ПОНИМАНИЕ ОБЩЕСТВА

Я переплыл залив Судака.
Я сел на дикого коня.
Я воскликнул:
России нет, не стало больше,
Ее раздел рассек, как Польшу.
И люди ужаснулись.
Я сказал, что сердце современного
русского висит, как нетопырь.
И люди раскаялись.
Я сказал:
О, рассмейтесь, смехачи!
О, засмейтесь, смехачи!

Я ходил по берегу прекрасного озера,
в лаптях и голубой
рубашке. Я был сам прекрасен.
Я имел старый медный кистень
с круглыми шишками.
Я имел свирель из двух тростин и рожка
отпиленного.
Я был снят с черепом в руке.
Я в Петровске видел морских змей.
Я на Урале перенес воду из Каспия
в моря Карские.
Я сказал:
Вечен снег высокого Казбека, но мне
милей свежая
парча осеннего Урала.
На Гребенских горах я находил зубы ската
и серебряные
раковины вышиной с колесо фараоновой
колесницы.

 Велимир Хлебников, 1910

Институт истории им. Марджани АН РТ завершил издание «Истории татар с древнейших времен в 7 томах». Это итог 15-летней работы коллектива, собравшего под одной крышей более 200 ученых из многих стран мира, которые написали более 400 статей. Каждый том имеет приложение в виде текстов летописей и документов, а также иллюстрации в виде многочисленных карт, рисунков, фотографий. Практически все ученые, кто так или иначе занимается проблемами, близкими к истории татар, Татарстана, Евразии в целом, стали участниками этого проекта. Они представляют ведущие научные учреждения Российской академии наук, Эрмитажа, Московского, Петербургского, Казанского, Новосибирского, других университетов страны, а также университетов Европы, США, Казахстана, Китая.

Ограничение объема всей грандиозной истории татар и Татарстана 7 томами заставило отобрать из многочисленных авторов только самых авторитетных. Недостаточно было просто определиться с авторами статей, нужно было обсудить проблемные вопросы на десятках конференций и семинаров, согласовать позиции с тем, чтобы представить не отдельные очерки, а цельную историю. Конечно, до конца снять «очерковость» не удалось, тем не менее по основным проблемам взаимопонимание было достигнуто. В то же время в текстах обозначен и существующий разброс мнений.

Изначально в концепцию «Истории татар…» не была заложена какая-либо идеология. Объективность — лучшее оружие против всякой клеветы и мифологизации татарской истории. В результате получилась не этническая история, несмотря на название многотомника, а широкая панорама событий на евразийском пространстве. Редакционная коллегия была убеждена, что невозможно представить чисто этническую историю и, вообще, это бесполезное дело. Невозможно отделить историю татар от общетюркской и русской истории, от жизни финно-угорских и других народов. Преодолеть желание ряда авторов писать именно этническую историю было крайне сложно, над многими довлела старая советская школа с ориентацией на этногенез.

Были трудности также с поиском авторов для ряда тем. Так, оказалось, что древняя и даже средневековая история финно-угорских народов очень плохо разработана. Не только финно-угорская, но и история России в отдельные периоды представлена столь однобоко, что нелегко было изложить, например, времена Смуты. Трудности были с историей Астраханского, Крымского и Сибирского ханств. В силу этого 4-й (татарские ханства) и 5-й (времена «Смуты») тома вышли последними — мы работали, пока не сумели закрыть «темные места» истории. Впрочем, мы и не ставили цель решить все проблемы, некоторые из них лишь обозначены, как требующие дальнейшего изучения. Так, не очень понятным оказался механизм зарождения капитализма среди татар (6-й том). Дополнительные исследования, надеюсь, прольют свет и на эту достаточно актуальную для нашего дня тему.

Конечно, возникает вопрос о необходимости столь глубокой разработки каких-то проблем из далекого прошлого. Дело не только в человеческом любопытстве, но и в потребностях современной жизни, именно она задает те каверзные вопросы, на которые мы ищем ответы в прошлом. Как бы мы ни гордились своими достижениями, прошлое крепко держит нас в своих цепких объятиях. Россия не может до конца вырваться из пут Средневековья. Мы видим, как капитализм вновь возвращается после 70-летнего перерыва, причем в самой безобразной форме. Преодоление истории — это понимание природы того общества, в котором мы живем, знание недостатков, которые не следовало бы повторять, и выявление преимуществ, которые определяют конкурентоспособность.

КОНСТРУИРОВАНИЕ «БУЛГАРИСТСКОГО» МИФА

История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков.

Василий Осипович Ключевский

Одной из сложнейших проблем в работе над историей татар стало преодоление стереотипа «автономности», т.е. взгляда на события из «норы» автономной Татарской Республики, многим авторам не хватало, если вспомнить слова Льва Гумилева, взгляда с птичьего полета. Над учеными умами постсоветского пространства довлели административные границы, шаг вправо, шаг влево — и ты оказываешься на чужой территории, а там, мол, свои ученые, а потому «не лезь в чужой огород». К тому же с непривычки очень трудно представить, что жизнедеятельность предков татар в древнейший период проходила на огромной территории, начиная от Великой китайской стены и до Каспия, Причерноморья, а в Средние века дошла до берегов Дуная и даже до Египта в лице мамлюков. Если же брать отдельные эпизоды, которые не повлияли решающим образом на политическую и этническую картину, то мы увидим появление болгарских племен в Баварии, на севере Италии и даже под Неаполем. Можно увидеть следы влияния предков татар не только на континентальном Китае, но и в Японии в виде технологии выплавки металла. Все это непривычно с точки зрения нашей низкой мобильности.

Над нами довлеет сталинское наследие, закрепостившее людей системой прописки и сооружением железного занавеса, причем этот занавес оказался эшелонированным, он возник не только на границе с Западом, но и внутри страны в виде непреодолимых административных границ. Сегодня это трудно представить и понять, но, например, в послевоенные годы Дни татарской культуры в Москве стали историческим событием. Повторно проводить такие праздники не позволили вплоть до перестройки. Помнится, в те времена мой отец как-то радостный пришел домой и объявил: «Москва разрешила татарским писателям поехать в соседнюю Башкирию».

Вдумайтесь, какое наследие нам оставил Сталин, он устанавливал между странами, народами, людьми всевозможные барьеры, промыл мозги целому поколению людей, отрезал молодежь от старшего поколения, он разрушил сотни тысяч семей, загнав родителей в лагеря для великих строек, и десятки тысяч детей оставил сиротами, он перемещал целые народы только для того, чтобы они забыли собственную историю и усвоили новые стереотипы, придуманные в угоду укрепления военной машины. Остатки этих административных перегородок в умах людей мы ощущаем до сих пор, и это крайне мешает работе историков, чьи диссертации были написаны на мотивы «Краткой истории ВКП(б)». Все это Сталину показалось мало, и он в разгар войны настоял на принятии специального Постановления ЦК КПСС от 1944 года, запрещающего изучение Золотой Орды и татарских ханств. Сталин истории придавал гигантское идеологическое значение. Сразу же после войны в 1946 году была созвана научная конференция для выработки булгарской теории происхождения татар. В стране разруха, а ЦК КПСС был озабочен конструированием «булгаристского» мифа о корнях татар, формированием сознания, не выходящего за границы автономной республики. Нелегко разгребать завалы сталинских конструкций, ибо до сих пор последователи этой псевдотеории тупо продолжают повторять сталинские формулы.

За эти 15 лет мы преодолели многие недостатки советской исторической науки, в частности, преодолели стереотипы о татаро-монгольском иге, подняли огромные пласты золотоордынской тематики и сумели представить историю многочисленных татарских государств, мы вышли за рамки Татарстана, показав широкую панораму истории Евразии со всеми противоречиями и достижениями. Параллельно были выпущены сотни книг по конкретным проблемам, организованы выставки на исторические темы, среди которых особо нужно отметить работу Эрмитажа. Благодаря этому авторитетному учреждению удалось показать культуру степных империй и Золотой Орды. Они стали мировыми премьерами, их посмотрели сотни тысяч людей, убедившихся воочию в высокой культуре средневековых татар. «История татар…» стала фактором роста самосознания, чувства гордости и достоинства нашего народа.

ИСТОРИК ДОЛЖЕН НЕСТИ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ТО, ЧТО ПРОИСХОДИТ СЕГОДНЯ

Не знать истории — значит всегда быть ребенком.

Марк Туллий Цицерон

Подготовка «Истории татар…» стала хорошим подспорьем в подготовке нового поколения историков, многие поднятые темы вошли в научный оборот, защищены кандидатские и докторские диссертации учениками наших авторов. Ряд научных центров занялся «татарской» тематикой. Приятно было узнать, что в самые последние годы Кембриджский и Оксфордский университеты включили проблемы истории и культуры Золотой Орды в тематику своих исследований. Сама работа над 7 томами стала большой школой становления казанских историков как значимых на общероссийском и европейском уровне. Появился виртуальный коллектив историков разных регионов и стран, которые регулярно общаются и продолжают исследование отдельных сложных проблем. Хотелось бы особо отметить, что, несмотря на щепетильность многих тем из истории татар, мы не встречали явных отказов от сотрудничества. Честно говоря, вначале предполагали встретить прохладное отношение со стороны российских специалистов, но они не просто пошли навстречу, но и самым активным образом включились в эту работу, а профильные институты РАН заключили двусторонние соглашения с Институтом истории.

Мы завершили работу над этим масштабным проектом, но по мере углубления в историю перед нами открылись новые пласты, новые документы, требующие своей интерпретации. Мы еще только прошлись по основным, самым заметным событиям, но уже сегодня напрашиваются некоторые выводы в качестве опровержения устоявшихся стереотипов. Например, кочевники не стояли на более низкой ступени развития, нежели земледельцы. Взгляд на кочевников как диких в принципе неверен. Номады уже в раннем Средневековье не только создали металлургию в промышленных масштабах, но и строили города, занимались торговлей, имели развитую финансовую систему.

Другой вывод не менее важен: без Золотой Орды не понять не только историю Средней Азии, но также России и Восточной Европы. Еще один очень важный вывод: не было в истории русско-татарских отношений непримиримого противостояния. Конфликты между русскими и татарами были не более острыми, нежели между самими татарами или самими русскими. Скорее можно говорить о противоречиях политических группировок, в которые входили с разных сторон в равной мере русские, татары и литовцы/поляки. В этом же ряду стоит не только набившая оскомину Куликовская битва, но и взятие Казани, разыгрываемые некоторыми политиками, как в Казани, так и Москве. Даже в рамках Российской империи не было явного противостояния в русско-татарских отношениях. Попытки Петра I обострить их, противопоставить русский Петербург полутатарской Москве, начать политику христианизации не дали ощутимых результатов — Екатерина II была вынуждена признать ошибочность этой политики и частично вернуть права татарам. Угнетение татар в рамках царской России не выходило за рамки любого имперского режима.

Вся история мира как в фокусе концентрируется в следующем положении: когда нации сильны, они не всегда справедливы, а когда они хотят быть справедливыми, они часто больше не являются сильными.

Уинстон Черчилль

Традиционная история требует некоей дистанции от прошлого с тем, чтобы с высоты прошедших лет дать оценку событиям. Тем не менее в «Истории татар…» нашла место история Татарстана последней четверти века. История нужна не как любопытная беллетристика для удовлетворения любопытства, она должна служить инструментом для объяснения нынешних социальных процессов, удержать от повторения прошлых ошибок и дать некие идеологические ориентиры на будущее. Историк должен нести ответственность за то, что происходит сегодня, а не только за правдивость изложения прошлого. Осмысление, интерпретация того материала, который представлен в «Истории татар…», станет определенным этапом в понимании нашего общества.

Учите истории, учите историю. В истории находятся все тайны политической прозорливости.

Уинстон Черчилль

Перед Институтом истории им. Марджани стоит следующая не менее сложная и масштабная задача написания истории населенных пунктов Татарстана, а также татарских сел России. Без решения этой проблемы наша история окажется неполной. Для такой работы не хватит сил одного института, а потому потребуется подключить краеведов, учителей, любителей старины, музейных работников, волонтеров, учащихся. Такая работа подспудно уже идет, изданы сотни книг по истории не только районов, но и отдельных деревень Татарстана и Башкортостана. В этой части особенно активны краеведы западных районов Башкортостана. Однако этой работе не хватает системности. В ближайшее время сайт Института будет приспособлен для консультаций и координации всех заинтересованных исследователей, а первый том под названием «Заказанье» станет модельным для последующих изданий и тогда можно будет развернуть масштабную работу над историей населенных пунктов татар и Татарстана.

Пользуясь случаем, Институт истории им. Марджани благодарит всех, кто участвовал в работе над «Историей татар с древнейших времен», кто поддерживал словом и делом, а также верил в нашу миссию. Мы всегда имели поддержку со стороны президентов Минтимера Шаймиева и Рустама Минниханова, кабинета министров, на первом этапе, когда еще мало кто верил в наш успех, нас спонсировала компания «Татнефть». Завершился академический труд, он будет в последующем дополняться и исправляться, оставаясь становым хребтом для написания популярных книг, учебников, фильмов и т.д.

И вечер — часу дань,
И мчатся вдаль суда,
И жизнь иль смерть — любое,
И алчут кони боя.

 И в межи роя узких стрел —
Пустили их стрелки —
Бросают стаи конских тел
Нагие ездоки.

 И месть для них — узда,
Желание — подпруга.
Быстра ли, медленна езда,
Бежит в траве подруга.

Звенят-звенят тетивы,
Стрела глаз юный пьет.
И из руки ретивой
Летит-свистит копье.

 И конь, чья ярь испытана,
Грозит врагу копытами.
Свирепооки кони,
И кто-то, кто-то стонет.

 И верная подруга
Бросается в траву.
Разрезала подпругу,
Вонзила нож врагу.

 Разрежет жилы коням,
Хохочет и смеется.
То жалом сзади гонит,
В траву, как сон, прольется.

 Земля в ней жалом жалится,
Таится и зыбит.
Змея, змея ли сжалится,
Когда коня вздыбит?

Завыли волки жалобно:
Не будет им обеда.
Не чуют кони жала ног.
В сознании — победа.

 Велимир Хлебников. Скифское (1908)

Рафаэль Хакимов
Фото: shaimiev.tatarstan.ru
http://www.business-gazeta.ru/article/135922/
Комментарии

Наверх